Храм
Святого Иоанна Предтечи
в Красноярске

ДЕТИ ВОЙНЫ. БАБА ЛЮДА

В общине Иоанно-Предтеченского храма, что в самом центре города, есть прихожане весьма почтенного возраста.

Одна из них Людмила Петровна Щёкина. В свои 88 лет она не пропускает служб, а живёт при этом… в деревне Минино. Маленькая старушка всегда выходит из машины, бережно поддерживаемая сыном. А когда сына нет - он вахтовик, частые командировки - то внучкой. В 18 лет младшая внучка Оля получила права, и самым первым наказом отца для юного водителя стали субботние поездки с бабушкой в церковь. Именно в этот день проходят в храме Иоанна Предтечи богослужения и евангельский кружок для слабослышащих. 

Баба Люда – глухая. В четырёхлетнем возрасте, после кори мир, звучащий голосами мамы и папы, птиц, ветра и дождя, стал для Люды только шумами – электрички, самолёта… К четырём годам дети уже умеют говорить. Это умение сохранилось у Людочки. Но если бы не мама, упорно разучивающая с дочкой сложные слова с помощью артикуляции, её словарный запас так и остался бы на уровне четырёхлетнего ребёнка. 

Крепкая и любящая семья – это то, чем Бог наградил Людмилу. Её мама, оказавшаяся во время войны одна с пятью детьми и клеймом жены «врага народа», сумела сохранить детей посреди голода, поношений, дождаться реабилитированного мужа из десятилетней ссылки. Старший Людмилин брат, потерявший на фронте ногу, поднялся по служебной лестнице до заместителя министра в Киргизской ССР. 

Возможно, вела семью и молитва? «Вера в Бога даётся как благословение, далеко не всем – размышляет о религиозности Людмилы Петровны её сын Александр Константинович, - прабабушка моя была такой же, мы бережно храним воспоминания о ней и её старинную Казанскую икону Божией Матери. Мама всегда верила в Бога, читала дома церковные книги, молилась, ездила в церковь. Хотя в Ташкенте, откуда я родом, и где мы жили, пока не началась перестройка, церковь стояла на самой окраине города. Приходилось добираться с пересадками: на метро, трамвае, автобусе. Конечно, никаких сурдопереводчиков тогда не было и в помине. Иногда ездил с мамой и я. На Пасху - обязательно.» 

В Ташкент семья Люды бежала из Поволжья во времена печально известного голода 30-х годов. Первым на разведку уехал старший брат. Мужчины с головой, руками, совестью и ответственностью за семью – это тоже семейное. Сын Людмилы Александр, вернувшись из Узбекистана в Россию практически с пустыми руками, купил участок земли с покосившейся баней, построил дом, обзавёлся хозяйством, устроился на высокооплачиваемую работу в золотодобывающую компанию. Благо, образование уже было. И немалая заслуга в том его матери, Людмилы. 

Сурдопереводчик и духовник общины глухих отец Владимир Плеханов рассказал о трогательном отношении к старости в этой необычной семье так: «они берегут Бабу Люду как хрустальную вазу». Конечно, в наше время, когда межпоколенные конфликты в семье – общее место, очень хочется понять истоки такой искренней любви и уважения. 

«Отец мой ушёл из семьи и рано умер, я его почти не помню, - рассказывает Александр историю своих взаимоотношений с матерью, - мама окончила курсы кройки и шиться, но работала на заводе пластмассовых изделий, предприятии, куда трудоустраивали инвалидов по слуху. Два года я трудился вместе с ней. Вращаясь с детства в среде глухих, не воспринимал мамину глухоту как что-то особенное. Я просто её любил, как дети любят мам. И только с годами понял, что она для меня сделала. Благодаря её трудолюбию и упорству я не был обделён ничем, однажды она даже смогла свозить меня на море. При этом её нельзя назвать мягкой. Она очень сильный человек. Мы с мамой уже жили в Ташкенте, ей от Общества глухонемых дали однокомнатную квартиру, а вся её большая семья – братья, сёстры, родители – по-прежнему в пригороде, в своём доме. Мы часто ездили к ним в гости, это называлось «проведать», тесные были семейные связи». 

Людмила Петровна по моей просьбе рассказала о своём военном детстве. Преддверии майских праздников – повод вспомнить всё, что связано с войной. Свидетельства людей той эпохи очень важны: каждая деталь и незначительная, на первый взгляд, мелочь. Людмила Петровна не слышит, но говорит, хоть и не всегда понятно. Всё-таки человек так устроен, что должен слышать свою речь, иначе она постепенно искажается. Переводили нашу беседу отец Владимир и сын Александр. 

В 1941 году Люде было 10 лет, она училась в начальной школе. 2-3 месяца каникул дети работали в «трудармии» - собирали на колхозных полях и в садах то, что щедро давала южная земля: клубнику, фрукты, овощи. С раннего утра до обеда. Потом начинался палящий зной, который человек вынести не может. Всё это отправлялось на фронт и в госпитали раненым. У Люды было четверо братьев и сестёр. Двое - совсем малыши. Мать на работе. Бабушке одной не справиться. Поэтому школу пришлось оставить. Бабушка варила внукам еду, а Люда ходила в лес за дровами, чтобы было на чём готовить. 12-летняя девчонка таскала на себе по 30 кг. И если в школе хоть как-то учеников подкармливали, то дома каждый был сам за себя. Людмила вспоминает постоянное чувство голода, как соседи делились друг с другом кусочками раздобытого съестного, и бабушкины кукурузные лепёшки с патокой – как самое вкусное военное лакомство. 

Баба Люда вспоминает, а взрослый сын бережно поправляет ей выбившуюся из-под платка седую прядь, отец Владимир усаживает поудобнее, чтобы она хорошо видела артикуляцию собеседника – баба Валя умеет читать по губам, но стала слаба зрением и видит, только если лицо человека хорошо освещено. Эта пожилая женщина купается в любви и заботе. Наверное, заслужила. 

«Она не напрягает домочадцев заботой о себе. Ещё два года назад активно помогала по хозяйству, ухаживала за курами. Яйца свежие обязательно везёт в церковь – подругам и, конечно, отцу Владимиру. Вот уж кого она любит. За ним перешла в храм нового назначения батюшки, хоть и ездить на богослужения стало дальше. И это понятно. Для людей, лишённых слуха – это место и этот человек – свет в окошке, а окошко - в мир» - объясняет Александр. 

Людмила рассказывает о своей жизни, вспоминая события не датами, а к церковными праздниками: 

- Мама умерла на Параскеву, а отец на Николу Чудотворца. 

Если не может чего-то вспомнить, крестится: 
- Господи, помоги! Закрывает глаза и ждёт ответа. Ответ приходит быстро: 
- Электро-механический техникум у сына-то назывался! 

Все свои удачи в жизни объясняет одним: 
- Саша никак не мог найти работу. Помолилась вот, и позвали работать 

В храме наша баба Люда всегда на своём обычном месте – сразу у входа, где община глухих и отец Владимир. Рядом с ними икона «Исцеление глухонемого», написанная на средства общины. Возле неё мы и сделали финальный фотоснимок: мама и сын, любовь и уважение – всё по заповеди Христовой.

Александра Лылина