Храм
Святого Иоанна Предтечи
в Красноярске

"ОЩУЩЕНИЕ ПРИСУТСТВИЯ БОГА В МОЕЙ ЖИЗНИ ЗРИМО". ВОСПОМИНАНИЯ ПЕРВОГО НАСТОЯТЕЛЯ ИОАННО-ПРЕДТЕЧЕНСКОГО ХРАМА ОТЦА АГАПИЯ (ГРОМЧЕНКО)

#МОЙ_храм 
Продолжаем публиковать истории священников и прихожан, которые считают храм Иоанна Предтечи своим. Итогом всех воспоминаний, если Бог даст, станет одноимённая рубрике книга «МОЙ храм». Пока все истории собраны на нашем сайте http://ioann24.ru/khram/moj-khram?start=6 

«Небольшая предыстория. В посёлке Курагино Господь Бог привёл меня в дом священника Романа. Епископ

Антоний, тогда ещё правящий архиерей Красноярской и Енисейской епархии, после посещение Иерусалима раздавал благословение в виде иконочек в формате открыток. Мне досталось изображение «Благовещение Пресвятой Богородицы», а бухгалтеру, бывшей вместе со мной - «Святого пророка Иоанна Предтечи». Вот так было мне предвозвещено обрести колыбелью Благовещенскую обитель и мой первый самостоятельный приход в честь святого пророка и крестителя Иоанна Предтечи. 

Как только милостью Божией был поставлен на восстановление архиерейского дома и домовой церкви, владыка отправил меня в Москву, чтобы получить документы в министерстве культуры, так как являлось это здание памятником архитектуры федерального значения. С Божией помощью были получены эти документы. И потихонечку стали служить и параллельно восстанавливать. 

Как всегда лично для меня ориентиром и помощью были женщины. В данном случае матушка игуменья Благовещенского монастыря Екатерина. Он являлся колыбелью моего становления. Там начинал служить алтарником, водителем, строителем, а потом был пострижен и рукоположен. Так вот, с Благовещенского монастыря матушка дала рулон обёрточной бумаги, которой раньше пользовались в магазинах. В отличие от нашего времени, когда пакеты засоряют и леса, и придорожье. Этой бумагой мы закрыли стены, приколотили её реечками… 

Ощущение постоянного присутствия, защиты и помощи от Бога в моей жизни постоянно зримо. И во времена восстановления архиерейского дома также. Имея от правящего архиерея двойное послушание - смотрителя архиерейского дома и настоятеля храма – я принимал помощников, коих мне Господь Бог посылал. И были они столь же покалечены, как церковь, где раньше располагались и поликлиника, и онкология. 

Здание, которое считалось памятником архитектуры федерального значения, пребывало в плачевном состоянии: битые окна, 70 квадратных метров разобранной кровли (кто-то устроил пожар, и крыша была вскрыта пожарниками). От красивейшего камина в зале архиерейского приёма гостей остались лишь обломки, те, которые не смогли вынести по причине тяжести. Отопление разморожено. Пришлось вывезти полный самосвал размороженных радиаторов отопления. Но самое тяжкое было в алтаре, где располагалась операционная. Невольно возникали сравнения с Голгофой, на которой мне довелось побывать в Иерусалиме, а в миру - с порушенными войной Севастополем или Курской дугой… 

Так вот, о самых первых моих помощниках, начинавших дело восстановления храма… Пришли двое побитых. Упали на колени на перекрёстке Мира и Горького. Один двухметрового роста, мастер спорта по вольной и классической борьбе. Игорь и Виктор, большие любители сикиры. С Виктором мы когда-то вместе служили алтарниками в Благовещенском монастыре. Он видимо и привёл Игоря. Просились под крышу. Хором соглашались жить по монастырскому уставу. Я им сказал: «К вам будут приходить посторонние люди и предлагать водку. Если согласитесь, вернётесь туда, где сейчас стоите на коленях.» Поручил им раскорчёвывать пни спиленных старых тополей, корни которых вредили фундаменту. 

Как словом, так и делом. Через день бегут ко мне с расширенными от удивления глазами и, перебивая друг друга, кричат: «Батюшка! Нам уже третий раз предлагают непочатую водку.» А у самих кадыки от сглатываемой слюны туда-сюда ходят. Я оделся, вышел и убедился сам. Через минут пять подходит молодой мужик и через решетчатый забор протягивает водку: «Мужики, хотите выпить?» Но постепенно приобретался страх Божий. 

Мне же доброхоты предлагали старые ламповые телевизоры. Каждому своё, Враг не дремлет. Приносят мне очередной телевизор старый. Я отказываюсь – не смотрю телевизора. Большая часть тех, кто находился тогда рядом, были с покалеченной душой, соответственно и с болячками, по 10 лет отсидевшие. Но имевшие способности. Вот, одному захотелось проявить свои способности. Он присутствовал при разговоре. «Не отказывайтесь, батюшка, - говорит, - я их разберу, и сделаю охранную систему. Мне только нужны провода и контакты на двери." Понесли телевизоры, скоро уж на целый гараж будет… Сделал он сигнализацию. Но лишь на короткое время это интересное для него занятие отвлекло горемыку от пьянства, которое приводит мужиков к одиночеству: ни работы, ни семьи. И снова - топить своё горе посредством горькой. Вот так не отступался от нас Враг. 

Был ещё, что называется в миру, аферист. Хорошо готовил. Один из прихожан предложил мне съездить на Соловки. Я передал своему помощнику этому ключи от машины, гаража… Когда вернулся, обнаружилось, что он все погрузил на эту машину и вывез. Даже подаренный новый велосипед с только что накачанными колёсами, на котором я собирался ездить от монастыря к архиерейскому дому. В монастыре была и канцелярия, и духовник мой, колыбель - есть колыбель, Благовещенская обитель. Да и помощь оттуда часто получал от матушки Екатерины, Царствие ей Небесное. Милостью Божией посредством одного полковника МВД старенький уазик вскоре нашёлся. А на остальное полковник посоветовал поднять руку и резко опустить. 

Над Виктором, с которым начинали алтарниками, тяга к алкоголю всё же взяла власть. Алкоголизм это одержимость. Бахус держит человека за горло и не выпускает, пока тот не обратится к Богу. Так вот, через 4 месяца Виктор, Царствие ему Небесное, ушёл, прихватив крепкий и звонкий топор, который отдали нам добрые люди, чтобы обменять его на бутылку водки. 

Одного молодого человека привела бабушка. Тщедушный, больной. Поставила его читать псалтырь, пока мы работали. И так на него Враг ополчился, что один из послушников избил парнишку сапогами. Убежал он. Бабушка вся в слезах пришла: «Я вам его доверила!» Восстанавливать огромное разрушенное здание от улицы до улицы… следить за каждым - у меня не было возможности. Прозевал. Жалею. Враг так его испугал через этого своего помощника-исполнителя, что он и в монастырь потом не пришёл. Там бы ролечге было с Божией помощью. Нас уже там 7 монахов было рукоположено. 

Однажды протоиерею Геннадию Фасту не позволили провести в библиотеке уже обещанную людям лекцию, и я ему предложил провести её в архиерейском доме, на втором этаже. С послушниками сделали скамеечки. Плахи «пятидесятки» слегка прострогали с одной стороны. Но так как потолок был ненадёжен, мы сдвоенными плахами подпёрли его. Они были примерно по 6 метров - можно себе представить, какое это было раньше огромное, великолепное здание. 

Лекцию провели, пришло, как обычно, много народа. После этого мы стали служить в этом помещении. Во время архиерейской службы, когда я с архиереем стоял на солее, все прихожане столпились в середине. От этого пол просел, и эти шестиметровые подпорки стали медленно падать. Мужчины не растерялись, подхватили их. Никто не пострадал. Но для меня это было тяжёлый выбор: оставаться с архиереем или бросаться на помощь. В очередной раз пришла Божия помощь. 

Как только начались богослужения, появилась новая напасть: к нам присоседился ресторан. Попросились вначале один буфетик поставить, чтобы к сетям подключиться. А потом вся эта территория, где сейчас сквер с памятником святителю архиепископу Луке, использовалась как ресторан. Так было тяжело. Полупустое здание как рупор резонировало. Шум, музыка до 4 утра – спать было невозможно. Мало того, отхожее место было у них там, они остатки еды сбрасывали, и крыс развелась уйма. Я и многие мои помощники жили в полуразрушенном тогда ещё доме, крысы бегали повсюду. Но всё это с Божьей помощью разрешалось. 

Большая радость, что дело начатое завершено. И не смотря на то, что всегда первопроходцам достаётся самое трудное, убеждаешься в очередной раз, что всё доброе с Божией помощью получается. Когда-то думалось - на что я буду восстанавливать порученное владыкой? А сегодня все светится и сверкает. Довелось и мне в один из приездов, организованного бывшими прихожанами, сослужить в храме Иоанна Предтечи. Слава Богу.»